Перевод: Динара Ушкова

Редактор: Александра Бабушкина

Н.В. Ананта Рамайя  — заслуженный исследователь санскрита и санскритской драматургии в штате Карнатака. В 1940-х годах он учился в Санскритском колледже Махараджи, где стал учеником в йоге и другом Гуруджи. В его честь названа улица, на которой он живет в Бангалоре.

Как вы познакомились и подружились с Паттабхи Джойсом?

Впервые я встретился с ним, когда начал учиться у него йоге в Санскритском колледже. Позже его шурин Путтава (брат Аммы) стал моим соседом по комнате № 29; мы жили напротив друг друга (Гуруджи жил в комнате № 31). Благодаря ему мы с Паттабхи Джойсом очень сблизились.

Мы много чем занимались вместе. Например, в ратуше мы играли в санскритской драме «Вени Самхара», написанной Бхаттой Нараяной и основанной на эпизоде из «Махабхараты». В ней Дурьодхана, Карна и Ашваттхама соревнуются за право стать главнокомандующим. Я играл Крипу, дядю Ашваттхамы по материнской линии; Паттабхи Джойс — Ашваттхаму; Кришнаппа, еще один наш ученик, — Карну. Роль Карны очень героическая. Все, что он декламировал тогда, и все, что декламировал Паттабхи Джойс, я отчетливо помню до сих пор. В ратуше всегда собиралось много зрителей. Паттабхи Джойс был очень хорошим актером. Кроме того, благодаря регулярным тренировкам, у него было сильное и мужественное тело, как у известного в то время бодибилдера К. Т. Бхашьямы. Я готов поспорить, что никто раньше не ставил эту пьесу так, и вряд ли кто-то сможет повторить подобное в будущем. Это было в 1949 году.

В то время Гуруджи уже был женат?

Да, Гуруджи тогда уже был женат. Его жену звали Савитрамма. Она очень вкусно готовила. Она часто готовила майсурский пак, который был очень вкусным. В то время наш гуру был очень беден, его зарплата составляла всего пятнадцать рупий, но он всегда был довольным. У него было всего два комплекта одежды — дхоти, — которые Амма каждый день стирала и гладила, чтобы они были свежими и опрятными. Она была образцом аккуратности и бережливости.

В то время Гуруджи нюхал табак, но Амма заставила его бросить это. У Паттабхи Джойса и Савитраммы была очень дружная семья, они часто подшучивали друг над другом — Амма называла его Джойсре (мистер Джойс). У них всегда были улыбки на лицах. Они очень хорошо нас кормили, и еда была такая вкусная. Такова была Савитрамма.

Не могли бы вы немного рассказать о Санскритском колледже и его репутации в Южной Индии в те времена?

Он был очень знаменит. Кришнамачарья преподавал в нем йогу, и туда приезжали люди даже из Германии, а также из северной части Индии. Я изучал драму «Шакунтала» на санскрите. Однажды ко мне подошел немецкий ученый и спросил: «Что вы читаете?» Я ответил: «Я читаю «Шакунтала-натаку» (санскр. драма «Шакунтала»)», а он сказал: «Не называйте ее «Шакунтала-натака», это «Шакунтала-натака-ратна» (санскр. драгоценность – драма «Шакунтала»)». Потом еще приезжали двое или трое ученых из Америки.

Не могли бы вы немного рассказать о том, чему и каким образом обучал вас Гуруджи?

Мы выполняли множество асан, таких как ширшасана, сарвангасана, майюрасана, куккутасана, гарбха-пиндасана. Когда мы очень уставали, мы просили его: «Господин Джойс, хватит, пожалуйста, разрешите нам сделать шавасану!» Шавасана — это когда лежишь молча, без движения, как мертвый. Он смеялся: «О, вы шавасану захотели?» «Мы хотим отдохнуть, мы очень устали!» Он был очень строгим, но при этом умел подбирать слова. Даже сейчас, благодаря всем этим занятиям йогой, я чувствую себя прекрасно: у меня хороший слух, отличное зрение, и, несмотря на возраст, я не страдаю от диабета — в восемьдесят три года я продолжаю вести активную жизнь.

Очень хорошо — надеюсь, со мной это тоже сработает.

Гуруджи, Путтава, Рамасвами и я обычно встречались каждый вечер, чтобы поговорить. Гуруджи рассказывал о своем опыте, о том, как он рос, о своих студенческих годах и просто болтал на общие темы. Он беседовал с нами около часа каждый вечер. Он рассказывал о спектаклях, которые смотрел, и напевал диалоги в стиле Ананда Бхайрави раги (Ананта Рамайя поет несколько строк на санскрите).

Он хорошо разбирался в музыке и много шутил. Мы все смеялись и подшучивали друг над другом. В этом он был похож на любого другого молодого человека — не всегда был настроен серьезно. У нас в комнате была плита, и мы каждый день варили кофе. Когда Гуруджи не приходил и не беседовал с нами, наш день был неполным, мы чувствовали себя неудовлетворенными, если не видели его в привычный час.

Можете ли вы рассказать о репутации Гуруджи как учителя йоги и ученого?

Он был обычным человеком, у него были дети Сарасвати и Свами (Манджу). Позже его ждала большая удача: он стал очень богатым человеком, стал очень популярен в Америке и других странах, и все они приезжали в Лакшмипурам, чтобы учиться йоге. Сначала он жил в обычном арендованном доме за паташалой. Но потом Лакшми благословила его. Знание йоги привлекло к нему всех этих иностранцев, и позже Гуруджи поселился в Гокуламе. К нему приезжали не просто иностранцы, приезжал весь мир. Если Бог благословляет, то возможно все. Это его гуру-бхакти, его преданность гуру, это Бхагавата-ануграха — благословение Бога, а также пунья (заслуги) Савитраммы.

Мне интересно, как видели его соседи. Он был прекрасным философом и знал много шастр, многие им восхищались.

Как правило, мы не становимся знаменитыми у себя на родине. На языке каннада есть пословица: «Трава, растущая на заднем дворе, не представляет ценности, пока ее не порекомендует врач». То же самое произошло с Калидасой и Шанкарачарьей в их родных краях: поскольку люди видели их каждый день, они не осознавали важности их учений. На санскрите есть хорошее изречение: «Тот, кто не знает ценности сандалового дерева, использует его в качестве дров для готовки еды дома». Только когда иностранцы стали приезжать и выражать ему свое глубокое почтение, местные жители начали узнавать его. Обычного человека начинают узнавать только когда он выигрывает в лотерею.

Когда Гуруджи говорит о йоге, он всегда ссылается на шастры. Он прекрасно разбирается в них. Можете что-нибудь расказать об этом?

Он очень хорошо изучил йогу, в соответствии с шастрами, я же знаю о йоге на порядок меньше, только несколько асан, и все. Все, что я могу сказать, так это то, что он был очень близок с Кришнамачарьей, что он был единственным человеком, который был очень известен в области йоги и при этом знал множество шастр.

Какое влияние оказал Шанкарачарья на учение Гуруджи о йоге?

Он изучал адвайта-веданту, а также философию Шанкары.

Я не изучал веданту, я изучал только аланкара-шастру (науку о поэтических украшениях языка). Есть только две стоящие шастры — вьякарана (грамматика санскрита) и веданта. Я тринадцать лет изучал санскрит, вьякарану и Ригведу. Йога Патанджали — это читта вритти ниродха, контроль над умом. В Амаракоше¹ приводится пять значений слова «йога»:  Yoga sangha mano’paya dhyana sangati. Все это синонимы слова «йога», согласно Амаракоше, которую я знаю наизусть. Йога — это упайя (средство), дхьяна (созерцание), сангати (связь), юкти (единение с Параматманом) — йога приводит к читта экаграта (однонаправленности ума). Занимаясь дхьяной, или созерцанием Бога, мы можем контролировать свой ум.

Когда Анимандавью² казнили, он не осознавал, что с ним делают: такова концентрация на этом уровне, и именно это происходит в йоге.

Знаете ли вы что-нибудь об отношениях Гуруджи с махараджей или, возможно, он сам вам об этом рассказывал?

Иногда он ходил во дворец, и я также ходил с ним. Мы встречались с махараджей Джаячамараджей Водеяром, потому что должны были проводить ежегодные обряды в память о его отце. Мы были просто придворными пандитами, так что, насколько я знаю, между махараджей и Гуруджи не было особой близости.

Что вы можете сказать о характере Гуруджи?

Несмотря на то, что у него не всегда было много денег, он был очень щедрым, как и Амма. Если кто-нибудь приходил к нему домой, его очень хорошо кормили. Они были щедрыми, всем, что у них было, они делились со своими друзьями и семьей.

 

Что приносило Гуруджи радость, от чего в жизни он получал больше всего удовольствия?

Ему доставляла удовольствие дружба, с друзьями он был счастлив. Он получал удовольствие от успехов своих учеников. Он также проводил демонстрации йоги, чтобы показать достижения своих учеников, и всегда радовался, когда его ученики успешно выступали. Он был удовлетворен своей жизнью. У него не было жадности, его устраивало то, что у него было. Он не беспокоился о будущем. Слушая музыку, он полностью забывал себя в этом наслаждении. Однажды его даже назначили руководителем музыкального концерта в Пурнайя Чхатре (бывшем благотворительном приюте). Теперь на этом месте небольшой храм.

Мы и подумать не могли, что он станет таким известным человеком, да и сам он тоже. В Санскритском колледже ни один ученый не мог заработать столько. Это все равно, что летать на самолетах. Несмотря на все эти перемены, он по-прежнему был добр к нам и не изменился в общении с друзьями. Он приглашал нас на все свои праздники, такие как свадьбы родственников.

У Вас есть любимые истории о дружбе с ним?

Я рассказал все, что знал. Некоторые люди очень завидовали ему, его богатству, его достижениям. Но у него не было врагов, совсем не было.

Бангалор, 2008 год