Перевод: Надежда Третьякова Источник
Брэд Рэмси начал практиковать с Дэвидом Вильямсом в Энсинитасе в 1973 году, и с Гуруджи и Манджу, когда они впервые приехали в Америку, в 1975. Он стал ассистировать Манджу, в конечном итоге взяв в аренду церковь, где преподавал вместе с Гари Лопедота. Брэд переехал на Гавайи в 1980 году, где он живет по настоящий момент, отстранившись от преподавания.
— Расскажи нам, как ты пришел в йогу и как встретился с Гуруджи.
— Всё началось, когда Дэвид Вильямс и Нэнси Гилгофф переехали в Энсинитас. Шер Бонель и я уже выполняли 28-дневный план упражнений по книге Ричарда Хитлемана. Сын Шер посещал класс по пилатесу, после которого Дэвид проводил в студии небольшое занятие по Хатха йоге. Мы начали заниматься с ним, и это приносило настоящее удовольствие. Позже он сказал: «Есть и другая йога. Она не для всех, но я буду рад, если вы заглянете ко мне домой и попробуете ее». И так я стал работать с ним над первой и частью второй серии. Затем он организовал приезд Гуруджи и арендовал церковь в Кардиффе. Именно там я встретился с Гуруджи и Манджу. И это был необыкновенный опыт, который стал для меня началом пранаямы и более серьезной практики. Манджу остался, и в какой-то момент количество его учеников выросло настолько, что ему потребовалась помощь. Поэтому он спросил меня, не хочу ли я стать его ассистентом. Я проработал с ним как минимум год, возможно даже, около двух лет. Затем наша группа арендовала церковь ближе к моему дому в Карлсбаде, прямо на границе между Леокадией и Энсинитасом. И я проводил там занятия до 1980 года, пока не переехал на Мауи.
Примерно в 1976-77 году мне удалось съездить в Индию и получить полноценный опыт обучения у Гуруджи. Это стало настоящим откровением. Затем я начал преподавать. Здесь, вместе с Дэвидом Вильямсом, и на Биг-Айленде. Потом мы переехали на Кауаи, и я прекратил преподавание. Это кратко.
— Можешь вспомнить свои первые впечатления об этой практике, когда Дэвид впервые показал ее тебе, по сравнению с тем, что ты делал раньше?
— Это было действительно тяжело. Даже первое Приветствие Солнцу было очень тяжелым. Я был одним из самых зажатых людей, каких я встречал за время своего преподавания. Мне потребовались месяцы работы для того, чтобы добиться комфортного выполнения трех и трех Приветствий Солнцу. Все то, чему я научился в Хатха йоге до этого, совершенно не подготовили меня к подобным физическим нагрузкам. Но меня сильно привлекала синхронизация дыхания и движения, также идея замков была нова для меня. Вся система целиком имела для меня смысл. Я до сих пор считаю, что это самая идеальная из существующих систем, самый эффективный способ физической трансформации, который я встречал.
— Можешь описать, как проходило твое обучение в Майсоре?
…
— Оно было напряженным. И болезненным. По утрам он [Гуруджи] проводил классы для индийцев. Его класс для европейцев проходил днем, поэтому приемы пищи становились своего рода проблемой, поскольку вы могли съесть немного на завтрак, что-то легкое для переваривания. Но затем вы вынуждены были ждать до 6 или 7 вечера, чтобы снова поесть. Но в каком-то смысле это было хорошо, потому что у нас оставалось время заниматься пранаямой по утрам, возможно, немного растяжки, небольшая прогулка по Майсору, а затем дневной урок. И там не было толпы народа. Йога шала в то время была совсем маленькой. Мы делали свою практику, затем снова пранаяму, а затем шли искать место для ужина.
— Ты сказал, обучение было интенсивным. Можешь рассказать об этом немного подробнее?
— Оно было невероятно болезненным. Думаю, на мне не оставалось ни одного места, которое бы не болело. Он не ограничивал себя на родной земле так, как делал это в Соединенных Штатах, поэтому практика была трансформирующей. И именно там мне удалось завести ногу за голову, что потребовало невероятного количество мучений. У меня было ощущение, будто меня расчленили. Мое тело изменили.
— Как думаешь, почему мы позволяем себе проходить через такую боль?
— Я полагаю, дело в результатах. Вы ощущаете реальный эффект, вы чувствуете покой после практики. Я не думаю, что дело в эндорфинах, причина в том, что система действительно работает. Вы практически слышите, как ваш разум успокаивается. Даже боль, думаю, является неотъемлемой частью практики. Я не знаю. Манджу всегда говорит, что без боли нет достижений. И в этом заключается огромная доля правды. Боль практически необходима. Она тоже является учителем.
— Обычно боль воспринимают, как сигнал остановиться, иначе можно нанести себе вред.
— Да, так считают в Америке, возможно, и в остальном мире тоже, но американцы в особенности. Во многих школах йоги, если у вас что-то болит, значит, вы что-то делаете неправильно. И если бы вы были идеальным физическим и ментальным специалистом, тогда бы я понял, как это может быть правдой. Если вы меняете существующее положение, проходя через дискомфорт, вы захотите прекратить это, но только если бы вы уже были идеальным. Но когда вы чувствуете рост от этого и видите, как меняется то, что необходимо изменить…. серии — это просто инструмент для тела, делающий его способным к духовному развитию. Я не думаю, что это возможно достичь без боли. Я не встречал ни одного человека, который смог бы. У меня все время что-то болит, начиная с первого дня и заканчивая последним. Всегда есть что-то.
— Я думаю, для каждого наступает момент, когда боль утихает, и вы учитесь, как практиковать осознанно, сдерживая себя, а не пытаясь прорваться куда-то.
— Это правда, все становится лучше.
— Это непростой урок.
— Иногда болезненным становится даже усилие.
…
— Я полагаю, цель – перевести свое внимание от личного опыта к универсальному, отвлечься от личных страданий.
— Да, в этом и заключается практика. Выйти за пределы голосов в своей голове.
…
— Ты приехал в Индии в поисках божественного или Гуруджи помог тебе, или твоя практика углубила данное понимание или опыт?
— Это было погружение в практику с Гуруджи, он цитировал шлоки, читал стихи, небольшие стихотворения и истории – погружение в духовную сферу жизни. До этого я не был особенно ориентирован на духовность. И даже сейчас не считаю себя таким. Но я чувствую, что это погружение – как крещение для христианина, вы спасены. Сейчас я спасен навсегда. Я не могу потеряться. Кришна говорит Арджуне: «Арджуна, не имеет значения, как далеко ты идешь или что ты делаешь. Занимайся йогой так много, как возможно. Если ты не сможешь продолжать — хорошо, в следующей жизни начнешь снова. Ты не можешь потерять землю». Это было обещанием Кришны. Некоторые люди верят в это, некоторые – нет.
…
— Что, по твоему мнению, является самым важным уроком, которому ты научился у Гуруджи и через практику?
— Настойчивость. Просто продолжай практиковать, даже если не чувствуешь прежнего желания. Просто вставай и делай это снова, настолько долго, насколько захочешь.»